Юлия ПЕТРОВА: «Меня многие пугали, что я буду сидеть «бабушкой» в музее. Что ж, отчасти их предсказания сбылись!»

Юлии Петровой чуть за тридцать, а она уже директор Музея русского импрессионизма, расположенного в Северном округе, и успевает не только проводить по несколько деловых встреч в день и открывать новые выставки, но и растить трехлетнюю дочку, а также писать диссертацию.

Коренная петербурженка Юлия Петрова приехала в Москву после окончания исторического факультета СПБГУ. «Я сознательно выбрала в качестве специализации историю искусств – это очень интересное образование, о котором я мечтала еще с восьмого класса школы, – рассказывает искусствовед. – Конечно, о должности директора музея я даже не думала – в моей профессии вообще трудно найти себе интересную работу. Помню, когда только поступала в университет, меня многие пугали, что буду сидеть «бабушкой» в музее. Что ж, отчасти их предсказания сбылись!»

В столице Юлия некоторое время работала консультантом личной коллекции произведений искусства бизнесмена Бориса Минца. Собрав богатую коллекцию русской живописи, предприниматель решил основать частный музей и предложил Юлии Петровой возглавить его. «Я давала ему некоторые рекомендации, мы вместе отсматривали предложения дилеров, приобретали картины, – поясняет директор музея. – Однако когда пять лет назад у Бориса Иосифовича появилась мысль открыть на основе коллекции целый музей, я ему честно сказала, что это весьма амбициозный проект, хотя и очень интересный. Несмотря на то что это дело представлялось мне тогда довольно трудным, я согласилась. В 2012 году было зарегистрировано юридическое лицо и выбрано место для будущего музея – вот тогда я осознала, насколько все серьезно».

Музей решили открыть в одном из зданий бывшей фабрики «Большевик», вся территория которой также принадлежит Борису Минцу, выкупившему ее после закрытия производства. «Это было одно из старейших и крупнейших предприятий Москвы, – продолжает Юлия Петрова. – Вначале производство было выведено за черту города, все постройки пришли в упадок и были выставлены на продажу. Когда мы впервые вошли в здание будущего музея, оно находилось в жутком запустении: стены были отделаны туалетной плиткой, стояли остовы ржавых конструкций и дребезжащие лестницы. Это зрелище напоминало кадры из фильма про апокалипсис. Раньше в этом помещении располагался склад для хранения муки и сахара, поэтому строение изначально имело очень необычную форму, похожую на банку. За дело взялась блестящая команда архитекторов из Лондона, которые его отреставрировали, превратив в современное здание, красивое как снаружи, так и внутри. Кстати, это же бюро занималось разработкой проекта обновления знаменитого лондонского вокзала Кингс-Кросс, хорошо известного по книгам о Гарри Поттере».

Официальное открытие состоялось весной этого года. «До этого я была теоретиком, смотрела на музей глазами посетителя. У меня даже сложился определенный шаблон относительно того, кто к нам придет. Правда, разрушился он в первый же день работы, – вспоминает директор музея. – Для меня было принципиально важным самой продать первые билеты, встретить первых посетителей и провести для них экскурсию. Каково же было мое удивление, когда я, например, увидела среди гостей папу с сыном, хотя до этого была убеждена, что музеи, театры и консерватории посещает исключительно женская аудитория. Пришло к нам и множество пожилых женщин, которые узнали о выставке из социальных сетей. Мне даже стыдно стало за свою косность. У нас замечательный музейный посетитель!»

По словам Юлии Петровой, среди посетителей ей особенно приятно видеть молодых мам с детьми – для них в музее изначально были созданы необходимые условия, включая пеленальный столик, возможность проезда колясок, детские стульчики в кафе и многое другое. «Я сама молодая мама и знаю, как важно иметь возможность посвятить время себе, не ущемляя при этом желания ребенка, – признается Юлия Петрова. – Конечно, малыши еще не понимают, что перед ними находится, но очень здорово, когда их мамы имеют возможность наслаждаться жизнью, не сидеть дома, а гулять, получать удовольствие от искусства. Когда же я вижу детей постарше, которые бегают с карандашами по музею и задают родителям вопросы, я радуюсь вдвойне, потому что они не будут бояться музеев в будущем. Для них это будет таким же интересным и естественным проведением досуга, как поход в зоопарк, в кафе или поездка к бабушке».

Проектом Музея русского импрессионизма в САО занимались архитекторы из Лондона, в свое время работавшие над  обновлением лондонского вокзала Кингс-Кросс, хорошо известного по книгам о Гарри Поттере

untitled 4.png

По мнению искусствоведа, для посещения музея не нужно никакой специальной под- готовки. «Главное – настроиться на встречу с прекрасным и на получение удовольствия от этого свидания», – считает директор музея. Чтобы настроить посетителей на нужный лад, экскурсовод должен прежде всего заинтересовать группу. Когда Юлия Петрова сама проводит экскурсию, она предлагает начать знакомство с русским импрессионизмом с фигуры Василия Поленова. «Сам Василий Поленов импрессионистом никогда не был, но он в числе тех не очень многочисленных художников, которые оказались в конце 1870-х годов во Франции и познакомились там с современным искусством, – поясняет Юлия Петрова. – Если Иван Крамской считал, что это все талантливо, но для нас рановато, то Поленов, напротив, очень увлекся художественными поисками импрессионистов и охотно рассказывал о них своим студентам. Наверное, в каждом учебном заведении есть педагог, каждое слово которого на вес золота. Василий Поленов обладал именно таким авторитетом – его страшно любили, буквально ходили за ним по пятам. И его ученики, которые знали о Франции по его рассказам, стали сами пробовать, искать, иначе работать с формой, с цветом, со светом. При этом они не копировали французов, они просто почувствовали, что эти поиски отвечают их собственным ощущениям. Конечно, это было довольно смело: их бранили, называли декадентами, но процесс было уже не остановить. Стадия импрессионизма – здоровая стадия развития любого западного искусства, до которой русские художники дошли сами».

Знакомство с русским импрессионизмом директор музея предлагает начать с фигуры Василия Поленова

untitled 1.png

В постоянной экспозиции музея у Юлии Петровой есть и любимые экспонаты. «Очень люблю работы Юрия Пименова, особенно «Афиши под дождем», люблю картину «Москва. Самотека» Леонарда Туржанского, – перечисляет искусствовед. – Но самой дорогой для меня, наверное, является единственная представленная у нас работа Валентина Серова – она небольшая, но очень лиричная. На арт-рынке практически нет картин этого художника. Однако нам все-таки удалось найти одну. Это этюд «Окно» – один из подготовительных вариантов портрета будущей жены художника Ольги Трубниковой, который сейчас находится в Третьяковской галерее. С этой картиной связана очень романтичная история. Художник познакомился со своей невестой летом на даче у общих друзей, но вскоре они разъехались и стали писали друг другу письма. В одном из них Валентин Серов писал: «Я иногда достаю летний портрет с тебя, он конечно темен, но ты похожа». В этом столько человеческого – это страшно трогает».

В настоящий момент постоянная экспозиция Музея русского импрессионизма находится на гастролях, но скоро вновь вернется в Москву. По словам директора музея, скоро появятся новые работы, которых посетители еще не видели. Тогда же на втором и третьем этажах музея откроется выставка художницы Серебряного века Елены Киселевой – ученицы Репина, создававшей удивительные женские портреты. В новой должности Юлия Петрова довольно быстро освоила азы управления. «Самый лучший мой учитель – Борис Минц. Он очень помогает мне, дает дельные советы, – признается директор музея. – Кроме того, у меня хоть и небольшая, но абсолютно потрясающая команда – это люди с горящими глазами, которые болеют за будущее музея. К сожалению, должность директора подразумевает большое количество административной работы. Мне как искусствоведу больше хотелось бы заниматься составлением каталога, курированием выставок, научной работой. Я очень стараюсь выкраивать для этого побольше времени. Но график настолько плотный, что иногда даже на обед времени не остается». Однако уходить домой Юлия Петрова старается все-таки вовремя, чтобы успеть встретить дочку из садика. «Для нее никогда не будет оправданием то, что мама строила музей, поэтому все свободное время я стараюсь уделять ей, – говорит искусствовед. – Мне очень повезло: у меня прекрасный тыл – золотой муж, который мне очень помогает. Благодаря ему у меня даже остается время, чтобы писать диссертацию».

Александра РЫБАКОВА


Теги:    Юлия Петрова ,    музеи ,    САО ,   

Похожее