"Надоело обманывать себя": мощное интервью Большунова о самом личном

Трехкратный олимпийский чемпион переживает внутренний кризис, с трудом верит в позитивные новости о возможном допуске российских спортсменов к международным соревнованиям и откровенно говорит о том, как тяжело дается ему ожидание. В большом интервью РИА Новости он также рассказал, что думает о людях, которые делают из его имени повод для хайпа, и объяснил, почему все же решил начать подготовку к новому сезону. Его история — это не только разговор о спорте, но и о семье, ответственности и попытке сохранить себя в трудный момент.

Недавно у Большунова родилась вторая дочь, и этот радостный семейный момент стал для него особенно важным. В такой ситуации вполне естественно было задуматься: не хотелось ли ему отложить все дела, отказаться от сборов и полностью остаться рядом с семьей? Сам спортсмен отвечает на это без лишних колебаний: «Остаюсь!»

По его словам, желание все бросить действительно появлялось. В такие дни особенно остро ощущается, что главное — это не тренировки и не результаты, а возможность быть дома, рядом с женой и детьми. Большунов признается, что ему хотелось проводить больше времени с семьей, поддержать супругу и сделать так, чтобы маленькой Ане было спокойнее. Он благодарен судьбе за то, что в этот важный период смог найти время для близких и выполнить все так, как было задумано заранее. Конечно, полноценный тренировочный процесс получался не всегда, но для него это было не самым главным.

Спортсмен подчеркивает, что в подобные моменты приоритеты меняются. Если раньше во главе угла могли стоять подготовка, нагрузка и спортивная форма, то теперь куда важнее быть рядом с теми, кто действительно дорог. И именно семья помогает ему сохранять внутреннее равновесие, когда вокруг слишком много неопределенности, давления и разговоров о будущем.

Для Большунова это время стало не только проверкой характера, но и напоминанием о том, ради чего он продолжает идти вперед. Даже если тренировки даются сложнее обычного, а мысли о международных стартах не вызывают прежнего оптимизма, он все равно ищет силы двигаться дальше. И главным источником этой силы остаются любовь близких, поддержка жены и ощущение, что дома его всегда ждут.

Беременность и рождение ребенка всегда меняют привычный ритм жизни семьи, а каждый новый опыт воспринимается уже немного иначе. С годами многое становится понятнее: появляется уверенность, спокойствие и умение заранее представить, как будут развиваться события. Именно поэтому даже такие важные моменты, как ожидание малыша и сами роды, со временем переживаются более осознанно.

- Во время первой беременности так не получилось же?

- Да, в тот раз не четыре месяца, а только полтора я был дома. Но в целом это тоже было нормально, хотя, конечно, меньше времени удалось провести рядом.

- Можешь сравнить эмоции от рождения первой дочки и второй, Оливии?

- Эмоции, конечно, были разными. В первый раз все воспринималось очень трепетно, с сильным волнением и ощущением, что вокруг слишком много нового и пока еще ничего не понятно. Сейчас все было совсем иначе — уже есть опыт, понимание того, что и как происходит, поэтому было гораздо спокойнее. Да и Аня в этот раз была в более ровном, спокойном ритме. Мы оба уже примерно представляли, чего ожидать, поэтому все проходило легче и увереннее. Если честно, во второй раз стало даже проще именно благодаря этому внутреннему спокойствию.

Когда человек проходит через подобные события не впервые, он начинает лучше чувствовать момент, меньше переживать по пустякам и больше сосредотачиваться на самом главном. Опыт дает возможность не только избежать лишней тревоги, но и по-настоящему насладиться важными семейными моментами.

- А на родах присутствовал?

С самого начала для нас было важно быть рядом друг с другом в любой ситуации, особенно когда речь шла о рождении детей. Подобные моменты навсегда остаются в памяти, потому что именно в них особенно ясно понимаешь, что семья — это не только радость, но и взаимная поддержка, доверие и общая ответственность.

- Конечно. И на первых, и на вторых. Для меня это было абсолютно естественно. Я хотел быть рядом в такой важный момент, потому что появление ребенка — это не только событие для мамы, но и огромное переживание для отца. Присутствовать на родах означало для меня не просто наблюдать, а разделить с женой этот путь от начала до конца.

- Не страшно было?

- Вообще нет. Я даже не успел испугаться, потому что в голове была только одна мысль: в такие сложные и одновременно счастливые минуты я должен поддержать любимую жену. Это и было главным. Когда вы проходите через подобное вместе, вы становитесь еще ближе, и этот опыт потом очень объединяет. В такие моменты особенно ценишь возможность просто быть рядом, помочь словом, взглядом, присутствием.

- Партнерские роды – общее решение?

- Да, решение было общим. Тут даже не возникало сомнений или споров. Я бы, честно говоря, и не подумал отказаться. Для нас это был осознанный выбор, потому что мы оба понимали: если есть возможность пройти через это вместе, то так и нужно делать. Это не просто формальность, а важный семейный шаг, который многое значит для обоих родителей.

- Аня говорит, что обе дочки ваши – твои копии.

- Да я бы не сказал. Конечно, приятно слышать такие слова, но мне кажется, что девчонки у нас красивые сами по себе, и в каждой из них видно что-то свое. Дети вообще редко бывают точной копией одного родителя: в них обычно смешиваются черты и мамы, и папы, и иногда это проявляется очень неожиданно.

- Как папа?

- Да не! Они взяли и от мамы, и от папы что-то. Я бы не сказал, что они похожи только на меня. Скорее, это такой удачный смешанный вариант: где-то взгляд, где-то улыбка, где-то характер. Аня, конечно, пошутила, но в этой шутке есть доля правды — мы оба видим, что девочки унаследовали лучшее от нас обоих.

И, наверное, в этом и есть самое приятное для родителей — замечать в детях знакомые черты и одновременно видеть в них отдельные личности. Когда ребенок растет, особенно интересно наблюдать, как постепенно проявляются его собственные привычки, эмоции и особенности, которые делают его неповторимым.

- Вы не думаете останавливаться или пока все зависит от обстоятельств?

- В спорте вообще лучше не строить слишком далеко идущих планов: многое решается по ситуации.

- Раньше вы говорили, что появление детей помогает находить дополнительный стимул в спорте. Это действительно так?

- Да, но тут многое зависит от вида спорта и от того, насколько серьезные у тебя задачи. Если человек просто тренируется без крупных стартов и без больших целей, то это ощущается не так сильно. А вот когда впереди важные соревнования, дети и семья действительно могут дать мощный эмоциональный и внутренний толчок, иногда даже очень заметный.

- То есть они скорее подталкивают вас не только в спорте, но и в желании продолжать карьеру?

- Именно так. В таком смысле мотивация становится сильнее: появляется больше ответственности, больше желания показывать результат и не сдаваться в сложные моменты.

- Сейчас многие переживают, что из-за отстранения от международных стартов вы можете потерять интерес, махнуть рукой на все и завершить карьеру. Есть ли у вас такие мысли? Или вы уже приняли эту ситуацию и отпустили ее?

- Конечно, такие периоды всегда непростые, и они заставляют многое переосмысливать. Но я стараюсь не зацикливаться на том, что не могу изменить, а концентрируюсь на том, что зависит от меня: на тренировках, форме, подготовке и ближайших задачах. Понятно, что отсутствие международных стартов влияет на эмоции и на общий настрой, однако это не значит, что нужно сразу ставить точку. Наоборот, в такие моменты важно сохранить рабочий ритм, не потерять интерес к делу и продолжать двигаться вперед шаг за шагом.

Иногда спортсмену кажется, что ждать и терпеть можно бесконечно, но на деле это совсем не так. Когда пауза длится год или два, это еще можно принять, особенно если объективно нет возможности выступать. Однако со временем ожидание превращается в самообман: человек снова и снова убеждает себя, что вот-вот все изменится, что нужно просто еще немного подождать и продолжать надеяться. Но если допусков по-прежнему нет, ситуация становится крайне тяжелой и психологически, и профессионально.

- Сколько можно все это откладывать? Ладно, год-два, когда реально не можешь выступать, это еще можно пережить. Но потом начинаешь обманывать сам себя: думаешь, что нужно еще потерпеть, еще немного подождать, а на деле никаких допусков так и нет. В результате многие спортсмены уже вынуждены завершать карьеру, хотя могли бы еще показывать высокие результаты. Получается очень большой и болезненный период простоя. Спорт ведь не вечен: это короткий отрезок жизни, когда у тебя есть шанс демонстрировать свой максимум. И когда эту возможность у тебя просто забирают, не позволяя показать силу и форму, возникает очень двойственная и несправедливая ситуация.

- Тот же Сергей Устюгов недавно объявил о завершении карьеры. Может быть, ему и правда стоило еще побегать, если бы обстоятельства позволяли?

Такие истории особенно остро показывают, насколько хрупкой бывает спортивная карьера. Для болельщиков это часто выглядит как обычное решение атлета, но за ним стоят годы подготовки, надежд, травм, ожиданий и внутренней борьбы. Поэтому завершение карьеры в подобных условиях воспринимается не просто как личный выбор, а как вынужденный итог целого периода, в котором спортсмену не дали реализовать себя до конца.

Иногда люди задумываются, стоило ли вообще продолжать идти выбранным путем, если итог оказался не таким, как ожидалось. Сомнения в таких случаях появляются сами собой, особенно когда за плечами остаются годы напряженной работы, надежд и несбывшихся стартов.

- Может быть, и стоило. Но только ради чего? В этом и весь вопрос: если нет ясной цели и возможности регулярно выступать, мотивация начинает быстро ослабевать.

- То есть все действительно упирается в отстранение? По сути, именно оно становится той самой точкой, после которой многое меняется.

- Думаю, да. Если бы старты были, он бы, вероятно, нашел в себе силы продолжать и показывать результат. Соревнования сами по себе часто держат спортсмена в тонусе: когда есть календарь, соперники и понятная перспектива, проще сохранять дисциплину и веру в себя. Но когда этого нет, даже очень сильный человек со временем начинает понимать, что в жизни существуют и другие, более важные вещи. Время же не останавливается — оно уходит быстро, и упущенные годы уже не вернуть.

- Получается, пять последних лет у тебя прошли впустую? Такой вывод напрашивается, если смотреть только на цифры и не учитывать весь контекст.

- Нет, не совсем впустую. Но я прекрасно понимаю, что за эти пять лет можно было добиться гораздо большего. Если бы карьера развивалась без ограничений, количество олимпийских медалей и наград с чемпионатов мира вполне могло бы вырасти до сорока. Это не преувеличение, а вполне реальная оценка возможностей. Сейчас их уже 17, а значит, оставалось еще очень много пространства для роста. Ведь по-настоящему на международном уровне я выступал всего четыре года — с 2018 по 2022-й. Это совсем небольшой срок для спортсмена такого уровня. За это время можно было успеть гораздо больше, особенно если бы обстоятельства сложились иначе. Но вышло так, как вышло, и это тоже часть спортивной судьбы.

И все же даже эти годы нельзя назвать полностью потерянными: они дали опыт, закалили характер и показали, насколько важны терпение, внутренняя сила и умение принимать непростые решения. Иногда именно такие периоды лучше всего объясняют, какой ценой даются большие достижения.

Елена Вяльбе считает, что на Играх-2030 ты вполне способен бороться не за одну, а сразу за несколько медалей. Однако сам спортсмен смотрит на это гораздо осторожнее и пока не строит далеко идущих планов. По его словам, он уже не раз рассчитывал готовиться и выступать на крупных соревнованиях, но жизнь в итоге вносила свои коррективы.

«Сейчас таких мыслей вообще нет. Я думал, что буду готовиться и выступать на этих Олимпийских играх, но в итоге этого не случилось. С будущими Играми может произойти то же самое. И какой тогда смысл? Ты вкладываешь силы, готовишься, а результат может оказаться нулевым. Зачем тогда заранее загадывать и тратить себя на то, что может не состояться?» — рассуждает он.

На вопрос о том, собирается ли он завершать карьеру, спортсмен отвечает без конкретики: «Как пойдет». По его словам, дальнейшие планы уже не зависят только от решений FIS, потому что доверия к этим решениям почти не осталось: «Мне уже, честно говоря, все равно на их вердикты».

Ранее заявление МОК об отмене рекомендаций для международных федераций по ограничениям в отношении российских атлетов многие восприняли как положительный сигнал. Но на практике, как отмечается, далеко не все организации готовы следовать этому курсу, и FIS в том числе. В связи с этим остается открытым вопрос: есть ли шанс, что на сентябрьском заседании ситуация все же сдвинется в лучшую сторону и для российских спортсменов появятся более реальные перспективы?

Похоже, что ситуация уже давно зашла в тупик, и надежды на быстрые изменения почти не осталось. Складывается ощущение, что сроки будут снова и снова сдвигаться, а обещания так и останутся обещаниями. Сначала говорят про один период, потом переносят на другой, а затем история повторяется из года в год. В такой обстановке трудно сохранять терпение и верить, что когда-то все действительно решится.

- Думаю, что и в сентябре все повторится по тому же сценарию. Сначала перенесут на декабрь, потом в декабре скажут ждать весны. И так, вероятно, будет продолжаться ежегодно, на протяжении многих лет. В итоге остаешься в состоянии неопределенности, когда уже и не понимаешь, во что верить и чего ждать дальше. Со временем даже мысли по этому поводу исчезают, потому что ожидание становится бесконечным и бессмысленным.

- Но ты же подавал заявку на нейтральный статус? Это ведь тоже был способ хоть как-то повлиять на ситуацию?

- Да, конечно, отправлял. А почему бы и нет? Когда есть такая возможность, пробуешь все, что может помочь.

- И что, ответ был?

- Да, ответили очень быстро. По сути, как только отправляешь заявку, ответ приходит почти сразу — без каких-либо проверок, без детального рассмотрения, без нормального разбирательства. Все решается буквально в течение одного дня. Пишут коротко и холодно: «До свидания», и на этом все заканчивается. И, по большому счету, для такого ответа достаточно одной только моей фамилии.

В результате остается только чувство разочарования и понимание, что подход к вопросу формальный, поверхностный и заранее предопределенный. Когда решение принимается так быстро и без попытки разобраться, у человека пропадает желание что-либо доказывать или ждать справедливого рассмотрения. Именно поэтому и возникает ощущение полной безысходности.

- Правильно ли я понимаю, что никакого реального рассмотрения вопроса комиссиями даже не было?

- Если бы дело действительно дошло до комиссии, это заняло бы хотя бы пару-тройку дней. Но вместо этого в тот же день пришел обратный ответ — просто «нет», без каких-либо объяснений. Очевидно, что никто всерьез ничего не проверял и не анализировал.

- Если совсем абстрактно представить, что ситуация вдруг меняется и тебя все-таки допускают к соревнованиям, смог бы ты навязать борьбу лидерам? Например, тому же Клебо?

- Здесь все будет зависеть от того, в каком состоянии я подойду к старту и насколько качественно получится подготовиться. Даже по ходу сезона можно выйти на хороший уровень, если правильно выстроить работу. А сам допуск, безусловно, стал бы дополнительным стимулом — он бы добавил мотивации, азарта и той самой спортивной злости, которая часто очень помогает в борьбе.

- Может быть, именно этой внутренней злости, этого боевого настроя тебе сейчас и не хватает, чтобы чувствовать себя еще увереннее?

В спорте, особенно когда речь идет о большом перерыве в карьере и возвращении на высокий уровень, любые слова быстро теряют цену — куда важнее то, что спортсмен показывает на дистанции и в тренировочном процессе. Именно результаты, а не громкие заявления, становятся главным ответом на все вопросы.

- Может быть.

- При встрече с Клебо, что бы ему сказал?

- А зачем мне сейчас с ним встречаться? Если и будет такая возможность, то сначала нужно ее заслужить и добиться права быть в этой компании.

- Ну, если бы допустили.

- Здесь нужно не говорить, а показывать все результатами. А говорить… это не в моем стиле. На публике можно сказать многое, но в реальности все решают секунды, форма и стабильность.

- Кстати, а кто-то из иностранцев за это время тебе писал?

- Особо нет. Было, что один человек написал: «Приезжайте, ждем». Но потом смотришь его интервью, а там он говорит уже совсем другое. Поэтому к таким словам я отношусь спокойно — приятные фразы еще не означают настоящую поддержку.

Иногда после долгого перерыва спортсмену особенно важно отсеивать лишний шум и не зацикливаться на чужих оценках. Остается только тренироваться, набирать форму и возвращаться к своему уровню шаг за шагом.

- За эти пять лет от слова «мотивация» глаз не дергается? Везде и все только об этом и пишут.

- Нет, не дергается. За это время я уже привык к таким вопросам. Мотивация — это, конечно, важная вещь, но она не заменяет работу, дисциплину и терпение. Можно много говорить о желании и целях, но без ежедневного труда это ничего не стоит.

- Я уже давно ничего не читаю и стараюсь не зацикливаться на том, что пишут вокруг. Чем меньше обращаешь внимание на информационный шум, тем проще сохранять спокойствие и сосредоточенность.

- За СМИ совсем не следишь?

- Иногда, конечно, какие-то материалы случайно попадаются, но специально я ничего не отслеживаю и не держу в голове постоянный поток новостей. Если что-то действительно важное, оно все равно дойдет.

Когда спортсмен находится в такой ситуации, ему особенно важно сохранять внутренний баланс и не поддаваться лишним эмоциям. Постоянное чтение комментариев и заголовков часто только мешает, поэтому многие предпочитают дистанцироваться от обсуждений.

- Раньше, как мне кажется, отношение норвежцев к российским спортсменам было заметно теплее. Те же Нортуг и Сундбю нередко поддерживали россиян, не боялись открыто говорить о несправедливости санкций и в целом выглядели гораздо более дружелюбно. А сейчас ощущение, что в их словах и настрое стало больше неприязни.

- Да черт его знает. Вообще на любых соревнованиях — будь то чемпионат мира или Олимпийские игры — когда нет прямых конкурентов, всегда открываются дополнительные возможности не только у лидеров, но и у тех, кто обычно находится чуть в тени. В такие моменты многое меняется: одни получают шанс громко заявить о себе, а другие, наоборот, сильнее ощущают давление и внимание со стороны публики.

Спортивная атмосфера всегда очень зависима от контекста: результаты, состав участников, внешние обстоятельства и отношение соперников способны сильно влиять на общее восприятие. Поэтому разговоры о дружелюбии, конкуренции и справедливости в спорте почти никогда не бывают простыми и однозначными.

Переписанный текст:

Как бы ни складывалась ситуация, это действительно один из важнейших рычагов влияния, и им активно пользуются, оказывая давление на спортивную повестку. В первую очередь это заметно в действиях тех же норвежцев, особенно на Олимпийских играх, где распределение медалей всегда имеет огромное значение. Если из борьбы выпадают российские спортсмены, освобождаются сразу несколько призовых мест, и это меняет расстановку сил на пьедестале. В результате кто-то из соперников получает шанс подняться выше, а кто-то, наоборот, оказывается за пределами медальной зоны.

При этом выгоду от такой ситуации получают не только сборная Норвегии, но и другие страны, которые раньше редко или вовсе никогда не добирались до наград. Для них это становится дополнительной возможностью заявить о себе, воспользоваться изменившимся балансом сил и добиться результата, который прежде был почти недосягаем. На Кубке мира это особенно заметно: спортсмен, который раньше с трудом держался даже в районе двадцатого места, теперь может спокойно входить в двадцатку лучших, потому что на старте нет пяти-шести сильных российских лыжников, которые в обычных условиях обязательно бы осложнили борьбу.

Именно поэтому отсутствие сильнейших участников напрямую влияет не только на спортивные результаты, но и на общий уровень конкуренции. Чем слабее и менее напряженной становится борьба, тем меньше интереса это вызывает у болельщиков, экспертов и, как следствие, у коммерческих партнеров. В этом контексте потеря спонсоров со стороны FIS выглядит закономерной: когда снижается зрелищность, падает внимание аудитории, а вместе с ним уменьшается и привлекательность турниров для бизнеса. Можно сказать, что здесь все связано в одну цепочку — от политических и спортивных решений до финансовых последствий для всей федерации.

- Абсолютно да.

- В последнее время в России произошло объединение лыжных федераций. Как вы оцениваете эти перемены? Могут ли они помочь в возвращении отечественного спорта на международную арену?

- Если честно, пока сложно дать однозначный ответ. Подобные реформы всегда требуют времени, чтобы понять их реальный эффект. Думаю, многое станет ясно уже по ходу этого сезона, особенно в самом его начале. Пока же мне не до конца понятно, к чему именно приведет это решение, хотя само по себе оно, безусловно, заслуживает внимания.

- Если немного отойти от темы лыжных гонок. Все знают Большунова как выдающегося лыжника, но о Большунове как о человеке известно меньше. Например, чем вы обычно занимаетесь в отпуске?

- Стараюсь как можно больше времени проводить с семьей. Для меня это особенно важно, потому что в обычной жизни таких моментов не так много. Сейчас, например, строю для Евы маленький домик — детский, чтобы порадовать ребенка и сделать отпуск не только отдыхом, но и чем-то по-настоящему семейным и теплым.

- Такие простые вещи, как время с близкими, иногда оказываются самыми ценными. Именно они помогают переключиться, восстановить силы и по-новому взглянуть на привычные заботы.

- Вы сами разрабатывали этот проект?

- Да, всё начали с идеи, которую мы вместе с Аней обсуждали. Сначала задумали построить небольшой дом, и каркас я уже успел собрать. Но потом Аня предложила внести изменения: сказала, что здесь лучше переделать крышу и добавить несколько деталей. Я согласился, всё исправил. Потом она решила, что дому не хватает балкона — и его тоже добавили. В итоге получилось очень уютное и интересное строение, которое понравилось всем без исключения. Когда работа делается с душой и в команде, результат обычно выходит особенно удачным.

- А как насчёт рыбалки и походов за грибами?

- На это, честно говоря, почти никогда не хватает времени. Но однажды на сборах всё же удалось выбраться за грибами. Помню, в первый день после приезда в Малиновку у нас была трёхчасовая кроссовая тренировка. Все вокруг были заняты бегом, а я, даже не отвлекаясь от упражнения, успевал замечать, где растут грибы. Я мысленно запоминал полянки и прикидывал, где можно будет собрать хороший урожай. Лисички заметил в одном месте, потом ещё в другом. На следующий день специально поехал туда и буквально за двадцать минут набрал полную корзину. Сначала подошёл к Юрию Викторовичу Бородавко, а он мне говорит: «Местные уверяют, что грибов здесь нет». Я ответил, что мне хватит и пятнадцати минут, чтобы доказать обратное. Так и вышло: я быстро вернулся с полным ящиком, а у него даже глаза расширились от удивления — мол, как это вообще возможно и откуда столько грибов? Потом мы их пожарили, и получился очень вкусный ужин.

Вся команда поела вместе?

- Да, кто хотел, тот подходил, еды хватило всем без исключения.

Похоже, это еще и папина школа?

- С детства мы всегда ездили за грибами всей семьей, поэтому я с ранних лет научился смотреть на лес по-особому. Даже сейчас, если бы я приехал домой, без труда вспомнил бы все места, где обычно растут белые грибы, и сразу понял бы, куда идти.

Все грибные поляны до сих пор держите в памяти?

- Конечно, все помню. Такие места не забываются: они словно остаются в голове на всю жизнь. В Малиновке, правда, белых грибов не так много, как у нас дома, но зато здесь тоже можно хорошо пройтись по лесу и найти свой урожай.

А когда ты в последний раз был в Подывотье?

- Это было еще до Олимпийских игр, в 2021 году. С тех пор прошло уже немало времени, и я, конечно, скучаю по тем местам и по домашним лесам, где все знакомо с детства.

Во время отпуска позволяешь себе немного нарушить режим, например в еде?

Питание для меня — это постоянный вызов, потому что я не всегда могу придерживаться строгих правил. Даже на тренировочных сборах иногда позволяю себе отойти от режима. Я и сам люблю готовить: могу сделать бургеры, пиццу, а мороженое вообще спокойно включаю в свой рацион. Поэтому, если говорить честно, нарушения в еде у меня случаются почти каждый день. Но, как говорится, жизнь на этом не заканчивается.

- А ты сам понимаешь, где проходит граница, когда уже точно пора остановиться?

- Если честно, особой грани я почти не чувствую — могу есть без явного предела. Конечно, стараюсь следить за собой, но в плане еды у меня не всегда получается быть слишком строгим. Наверное, здесь важен баланс: когда есть нагрузка, дисциплина и цели, иногда можно позволить себе немного свободы.

Помимо лыжных гонок, я нашел себя и в бизнесе, что для меня стало еще одним интересным направлением. Сейчас я занимаюсь производством экипировки, и это для меня не просто дополнительный проект, а действительно важное дело. Успех здесь во многом связан с тем, что рядом оказались правильные люди, готовые поддержать идею, помочь советом и вложиться в развитие.

- Ты сам пришел к этой идее или кто-то подсказал, что на своем имени можно построить бизнес?

- Идея полностью моя. Я сам захотел попробовать себя в этом направлении, а дальше уже важно было найти надежных партнеров. К счастью, мне встретились люди, которые разделили мой интерес, помогли с организацией и инвестициями. Мы обсудили все детали, выстроили план и смогли запустить проект. В итоге все сложилось удачно, и я рад, что это получилось реализовать.

- То есть ты действительно принимаешь непосредственное участие и в разработке, и в тестировании продукции?

- Да, разумеется. Я вовлечен во все ключевые процессы. У нас очень широкий ассортимент: это и разнообразные фитнес-товары, и перчатки, и лыжные костюмы, и бачки, и очки, и гири, и коврики, а также даже специальные лыжные тренажеры. Работа на таком направлении требует постоянного внимания к деталям, потому что каждая категория товаров имеет свои особенности и требования к качеству.

В целом, когда речь идет о создании и проверке спортивной продукции, важно не только придумать удобный и практичный товар, но и убедиться, что он действительно безопасен, надежен и соответствует ожиданиям покупателей. Поэтому участие в разработке и тестировании для меня — это не формальность, а полноценная часть работы.

- В последнее время тебя многие начали почти демонизировать, особенно на фоне ряда скандалов. Тебя это не задевает?

- Я стараюсь не придавать этому слишком большого значения. Люди всегда по-разному воспринимают публичных персон, и нередко мнение складывается не на основе фактов, а под влиянием эмоций или слухов. Если кто-то намеренно создает проблемы, строит козни или пытается вставлять палки в колеса, я просто не поддерживаю с такими людьми никакого общения. Я считаю, что не стоит тратить силы и время на тех, кто желает зла или пытается навредить. Такие контакты я сразу ограничиваю и закрываю доступ к себе.

Для меня гораздо важнее окружать себя людьми, на которых можно положиться в любой ситуации, особенно в трудные периоды. Я предпочитаю строить отношения с теми, кто умеет работать честно, открыто и не исчезает при первых же сложностях. Именно такое окружение помогает сохранять спокойствие, сосредоточенность и двигаться дальше, не отвлекаясь на негатив.

- Ты не даешь людям второго шанса? Одна ошибка — и отношения сразу заканчиваются?

- Почти всегда именно так.

- Что для тебя стоит выше: эмоции или справедливость?

- Безусловно, справедливость.

- В тяжелые периоды рядом с тобой есть главный защитник — жена. С виду хрупкая девушка, но ради тебя она готова встать горой и отстоять твою позицию в любой ситуации.

- Я это очень хорошо ощущаю и всегда понимаю, что Аня меня поддержит, как бы ни сложились обстоятельства. Такая опора особенно важна, когда вокруг много давления и лишнего шума.

- Наверное, ты уже давно привык к тому, что многие стараются поймать хайп на твоем имени. Но сейчас создается впечатление, что это начали делать даже коллеги по лыжным гонкам, другие спортсмены. Как ты к этому относишься? Считаешь ли ты такое поведение достойным?

- К сожалению, подобные вещи в спорте встречаются часто, и чем заметнее человек, тем чаще его имя используют в чужих интересах. Я стараюсь спокойно относиться к таким ситуациям, но уважение и честность для меня всегда были важнее громких слов и дешевой популярности. Если человек выбирает известность за счет других, это многое говорит о его характере.

В спорте особенно ценно, когда человек подтверждает свои слова реальными делами и конкретными достижениями. Красивые заявления, громкие обещания и постоянный шум вокруг своей персоны ничего не стоят, если за этим не следуют победы, стабильность и прогресс. Поэтому в профессиональной среде всегда на первом месте оказывается именно результат, а не разговоры.

- Достойно только тогда, когда ты показываешь себя делом и доказываешь всё на практике. А если человек только говорит, много рассуждает, но по сути ничего не делает, то какой в этом смысл? В спорте важнее всего не слова, а итоговый результат и реальные достижения.

- Сейчас многие представители молодого поколения лыжников стремятся к узнаваемости, к вниманию со стороны публики и к медийности. Им хочется быть заметными не только на трассе, но и за её пределами.

- Стремиться к этому можно, но какой от этого толк, если спортивных успехов почти нет? Когда результатов ноль или они минимальны, вся эта медийность теряет значение. Можно сколько угодно пытаться привлечь к себе внимание, но в спорте всё равно решает то, что ты показал на соревнованиях. Поэтому, как ни крути, результат всегда остаётся главным критерием.

- Создаётся впечатление, что раньше в сборной атмосфера была более тёплой и дружелюбной. А у тебя есть по-настоящему близкие друзья внутри команды?

- Если честно, близких друзей, наверное, нет. Мы, конечно, нормально общаемся с ребятами, поддерживаем контакт, вместе работаем и проводим время на сборах, но такой крепкой дружбы, чтобы можно было назвать кого-то совсем своим человеком, у меня нет. Отношения скорее ровные, рабочие и уважительные.

В целом команда — это место, где люди объединены общей целью, и этого уже достаточно для продуктивной работы. Когда каждый сосредоточен на своём деле, на форме, тренировках и соревнованиях, личные симпатии отходят на второй план. В итоге всё снова сводится к одному: важнее не разговоры и не внешняя картинка, а то, что спортсмен способен показать на трассе.

Источник и фото - ria.ru