Смерть царевича Дмитрия: почему Годунов не виноват

Известно, что 28 мая 1591 года в Угличе произошло событие, которое традиционно связывают с убийством Дмитрия по приказу Бориса Годунова. Этот факт был закреплён в памяти народа, отражён в произведениях Александра Пушкина и, казалось бы, окончательно подтверждён историческими источниками. Однако современные исследователи предлагают взглянуть на эту трагедию под новым углом, утверждая, что истинные обстоятельства произошедшего могут существенно отличаться от общепринятой версии.

Иван Грозный, оставивший после себя сложное наследие, имел четырёх сыновей, чьи судьбы сложились трагично и неоднозначно. Первый из них, Дмитрий, умер в младенчестве, не оставив после себя следа в истории. Второй сын, Иван Иванович, погиб в молодом возрасте — причины его смерти до сих пор вызывают споры: одни историки склоняются к версии болезни, другие же считают, что он стал жертвой гнева отца, что наглядно изображено на знаменитой картине Ильи Репина. Третий сын, Фёдор, унаследовал трон, но был слабым и безвольным правителем, не проявлявшим интереса к государственным делам, что в конечном итоге привело к окончанию династии Рюриковичей.

Таким образом, судьба наследников Ивана Грозного была наполнена трагедиями и политическими интригами, которые оказали глубокое влияние на ход российской истории. Современные исследования и новые архивные данные продолжают бросать свет на эти события, позволяя переосмыслить давно устоявшиеся представления и понять, насколько сложной и многогранной была эпоха конца XVI века. В итоге, история царевича Дмитрия остаётся одним из самых загадочных и обсуждаемых эпизодов русской истории, открывая пространство для дальнейших исследований и дискуссий.

История самого младшего сына Ивана Грозного, также по имени Дмитрий, полна трагедий и испытаний. Этот мальчик с ранних лет проявлял живой ум и сообразительность, но судьба оказалась к нему суровой. С детства Дмитрий страдал от тяжелого заболевания, которое в те времена называли «черной немочью» — эпилепсией, и это накладывало отпечаток на всю его жизнь. После смерти отца, царя Ивана IV, Дмитрий получил в наследство лишь небольшой удел — город Углич, расположенный на берегу Волги. Это было вполне ожидаемо, ведь его мать, Мария Нагая, была седьмой женой царя и занимала последнее место в очереди на престол.

Жизнь в спокойном и тихом городке Угличе протекала размеренно и спокойно, далеко от столичной суеты. 28 мая 1591 года ничто не предвещало трагедии. В тереме, где проживали Дмитрий и его мать, готовили обед. Мария Нагая только что вернулась из церкви вместе с сыном. Царица позволила мальчику поиграть с детьми прислуги — «робятками-жильцами», чтобы он мог немного отвлечься. Несмотря на то, что Дмитрий был болезненным ребенком, за ним тщательно ухаживали три опытные няни: мамка Василиса Волохова, кормилица Арина Тучкова и постельница Марья Колобова, каждая из которых выполняла свою важную роль в заботе о мальчике.

Эта спокойная картина вскоре была нарушена трагическими событиями, которые навсегда изменили судьбу Дмитрия и всей России. Его болезнь и слабое здоровье делали его уязвимым, а политические интриги вокруг престола только усугубляли ситуацию. История младшего сына Грозного — это не только рассказ о детстве и болезни, но и о сложной борьбе за власть и признание в жестоком мире русской монархии. В памяти потомков Дмитрий остался символом невинности, пострадавшей в вихре исторических событий.

В тот день на площади царила необычная атмосфера — дети беззаботно играли в свою забаву, бросая железные заточки в обруч, лежащий на земле. Игра была проста: кто точнее попадет, тот и одержит победу. Однако веселье внезапно прервалось резкими женскими криками, доносившимися со двора, словно тревожный сигнал, который вскоре поднял на ноги всех вокруг.

Собравшиеся на площади люди сначала подумали, что случился пожар, настолько громкими и паническими были возгласы. Вскоре появились братья Марии Нагой — Григорий и Михаил, которые, охваченные гневом и отчаянием, громко заявили толпе, что царевича зарезали. Они утверждали, что виновные известны, и требовали немедленного наказания для преступников. Эти слова вызвали бурю эмоций среди собравшихся, и толпа быстро превратилась в мятежников.

В результате народ жестоко расправился с "робятками" — Осипом, сыном мамки Волоховой, а также Даниилом и Микитой, детьми дьяка Михаила Битяговского, который фактически управлял уделом. Но на этом кровавая расправа не закончилась: разгневанные люди убили самого Битяговского и около полутора десятка его слуг. Это событие стало переломным моментом, показав, насколько быстро и беспощадно может вспыхнуть народное возмущение, когда на кону стоит справедливость и месть за близких. Впоследствии эти трагические события оставили глубокий след в памяти жителей, напоминая о хрупкости мира и опасности беззакония.

Слухи о трагическом событии стремительно разнеслись по всей Москве, вызвав глубокое беспокойство среди высших слоев общества. Борис Годунов, зять царя и фактический правитель столицы, незамедлительно отреагировал на известие, отправив в Углич специальную следственную комиссию для выяснения обстоятельств происшествия. Руководителем этой комиссии стал боярин Василий Шуйский, который провел тщательные допросы почти 150 свидетелей и жителей города. Однако с Марией Нагой, матерью погибшего царевича Дмитрия, беседовать не удалось: она лишь повторяла одно и то же — «Дело учинилось грешное, виноватое», намекая на нечто большее, чем простой несчастный случай.

Официальное заключение следствия было однозначным: смерть царевича Дмитрия признали несчастным случаем, а происшедшее назвали «Божьим судом», что отражало религиозное восприятие трагедии и служило попыткой умиротворить общественное мнение. Тем не менее, многие в народе и среди знати сомневались в такой версии, подозревая политические интриги и заговоры, связанные с борьбой за власть после смерти Ивана Грозного.

Особое символическое значение имел колокол, который возвестил о беде в Угличе. Этот колокол был отправлен в Сибирь, что можно рассматривать как попытку стереть память о трагедии и подавить возможное недовольство. Лишь в 1888 году, спустя более двух столетий, дело официально закрыли: по личному указу императора Александра III набатный колокол из Тобольска вернули обратно в Углич, однако без языка и уха — креплений, что символизировало утрату и незаживающую рану в истории России. Этот эпизод подчёркивает, насколько глубоко трагедия царевича Дмитрия вписалась в историческую память страны и продолжала вызывать интерес и споры на протяжении многих поколений.

Вопрос о том, почему многие уверены в том, что Дмитрия убили по приказу Бориса Годунова, остается одним из самых обсуждаемых в истории России. Эта версия получила широкое распространение не только благодаря историческим источникам, но и благодаря литературным произведениям, которые глубоко повлияли на восприятие событий того времени. Одним из ключевых факторов формирования такого мнения стала драматургия Александра Сергеевича Пушкина. В его знаменитой исторической драме "Борис Годунов" царь предстает как жестокий и мрачный правитель, которого терзают галлюцинации и муки совести — в его глазах словно "кровавые мальчики", символизирующие убитого царевича Дмитрия. Пушкин мастерски передал внутренние переживания Бориса, показывая, как страх и вина преследуют его повсюду. Однако литературное изображение — лишь одна сторона медали.

Исторические свидетельства также подтверждают подозрения в причастности Бориса к смерти Дмитрия. Известный историк Владимир Кобрин в 1990-х годах представил документальные доказательства, которые усилили аргументы против Бориса Годунова. Он опирался на записи английского дипломата Джилса Флетчера, посетившего Москву в 1588 году. Флетчер отмечал, что жизнь Дмитрия находилась под постоянной угрозой со стороны тех, кто стремился занять престол в случае бездетной смерти царя. Эти слова свидетельствуют о том, что политическая борьба за власть была жестокой и беспощадной, а Дмитрий оказался жертвой интриг и амбиций.

Таким образом, сочетание литературных образов и исторических документов формирует комплексное понимание трагедии Дмитрия. Важно учитывать, что эпоха была наполнена опасностями, предательствами и борьбой за власть, что делало судьбу царевича особенно уязвимой. Сегодня исследователи продолжают изучать эти события, пытаясь отделить миф от реальности и понять истинные мотивы и обстоятельства, приведшие к трагической гибели Дмитрия. В конечном итоге, история Бориса Годунова и Дмитрия остается живой темой для дискуссий и новых открытий.

В истории Смутного времени нередко всплывают противоречивые свидетельства и версии, которые порой сложно однозначно подтвердить или опровергнуть. Среди таких свидетельств — показания иностранных дипломатов, в частности немецкого посланника Конрада Буссова и голландского посла Исаака Массы, которые утверждали, что юный царевич испытывал глубокую ненависть к Борису Годунову. По их словам, ребенок открыто дерзил Годунову при дворе и даже угрожал ему кровавой расправой, что, безусловно, могло стать серьёзным поводом для конфликта.

Исходя из этих показаний, можно предположить, что у Бориса Годунова действительно был мотив устранить царевича. В условиях политической нестабильности бояре, выбирая наследника престола, скорее всего, предпочли бы представителя древнего Рюриковича, пусть даже незаконнорожденного, чем амбициозного и влиятельного Годунова, который был всего лишь царским шурином и мог потерять своё положение и власть. Этот фактор усиливает версию о том, что Борис мог видеть в царевиче угрозу своему правлению.

Однако данная гипотеза сталкивается с серьёзными логическими возражениями. Уже в XIX веке известный историк Михаил Погодин задавал резонный вопрос: зачем убийцам, имеющим возможность применить тихий и незаметный яд, использовать открытое и громкое насилие в виде ножевого удара? Такой способ устранения противника казался слишком рискованным и нехарактерным для политических интриг того времени. Это заставляет задуматься о том, что истинные обстоятельства смерти царевича могли быть иными, а версия о прямом участии Бориса Годунова — не более чем политическим мифом или пропагандистской легендой.

Таким образом, изучение исторических свидетельств и критический анализ логики событий позволяют более глубоко понять сложность и многогранность политических процессов начала XVII века. Вопрос о мотивах и методах устранения царевича остаётся открытым, побуждая исследователей продолжать поиски новых источников и интерпретаций, чтобы приблизиться к истине.

В истории Царицына 1970-х годов произошло событие, которое привлекло внимание многих исследователей и историков. Одним из самых глубоких и детальных изучений этого дела занялся историк Руслан Скрынников, который посвятил много времени анализу всех доступных материалов следственного дела. Он тщательно сопоставил показания свидетелей и участников событий, что позволило выявить множество противоречий и неожиданных деталей.

Братья Нагие настойчиво утверждали, что их сестра первой оказалась на месте преступления и своими глазами видела убийц, что должно было придать их словам особую достоверность. Однако местные жители и очевидцы опровергали эту версию: по их словам, в тот день братья были настолько пьяны, что не могли адекватно воспринимать происходящее. Более того, Мария, оказавшись возле тела своего сына, не проявила привычной скорби — вместо этого она схватила полено и начала яростно избивать мамку Волохову, выкрикивая имена предполагаемых заговорщиков, что добавляло драматизма и напряжения в уже сложную ситуацию.

Особое внимание Скрынников уделил показаниям стряпчего Семейки Юдина. Он выявил, что накануне трагедии между Михаилом Нагой и дьяком Битяговским произошла серьезная ссора. Михаил, брат царицынского чиновника, требовал денег сверх установленного "государева указа", но получил категорический отказ. Такие мелкие конфликты и разногласия были не редкостью и создавали напряжённую атмосферу в обществе, что могло стать фоном для последующих трагических событий.

Таким образом, исследование Руслана Скрынникова не только проливает свет на конкретные обстоятельства дела, но и помогает понять сложные социальные и политические взаимоотношения того времени. Его работа демонстрирует, насколько важно тщательно анализировать источники и учитывать различные точки зрения, чтобы приблизиться к объективной истине. В конечном итоге, это исследование служит примером того, как исторический анализ может раскрывать скрытые мотивы и детали, которые иначе остались бы незамеченными.

В истории русской династии Смутного времени роль Битяговского вызывает особый интерес среди исследователей. Этот человек, будучи ставленником Бориса Годунова, прибыл в удельный город для управления финансами незадолго до прибытия Марии с её сыном. Его назначение было частью более широкой политической игры, направленной на укрепление позиций Годунова. Согласно выводам историка Скрынникова, сторонники Нагих воспользовались смертью царевича Дмитрия как предлогом для расправы с Борисом Годуновым, которого они глубоко ненавидели. Однако, несмотря на серьёзность замысла, детали плана оказались плохо продуманными и не доведёнными до конца, что привело к непредвиденным последствиям.

Особое внимание современных учёных привлекли слова стряпчего Юдина, свидетеля трагических событий. В момент гибели царевича он находился в тереме и наблюдал, как Дмитрия внезапно "бросило о землю и било долго, и он накололся ножем". Эти свидетельства ставят под сомнение официальную версию событий и побуждают к более глубокому анализу причин и обстоятельств смерти царевича.

В связи с этим доктор исторических наук Любовь Столярова из Института всеобщей истории РАН совместно с врачом-психиатром Петром Белоусовым вновь обратились к вопросу о диагнозе Дмитрия. Они поддерживают гипотезу о том, что у царевича была эпилепсия, что могло объяснить его внезапные судороги и падения, а также способствовать трагическому исходу. Этот медицинский аспект добавляет новый слой понимания к историческим событиям и позволяет взглянуть на смерть Дмитрия не только как на политическое убийство, но и как на трагедию, связанную с болезнью и человеческой уязвимостью. Таким образом, комплексный подход к изучению данной темы помогает раскрыть сложные переплетения политики, медицины и личной судьбы в эпоху Смуты.

С самого рождения мальчик страдал от серьёзных заболеваний, что значительно осложняло его жизнь и здоровье. Из представленных в деле материалов становится очевидным, что последние дни перед смертью были особенно тяжёлыми: за три дня до трагического исхода у ребёнка произошёл сильный припадок. Помимо самих приступов, у мальчика наблюдались так называемые "нецевеньи" — состояния помрачения сознания, при которых он терял контроль над собой и мог причинять вред как себе, так и окружающим. Например, мать Волохова вспоминала случаи, когда царевич буквально "отъел руки" дочери Нагого и даже "поколол" мать гвоздём, демонстрируя крайнюю степень агрессии и дезориентации.

Эксперт Юдин отметил, что состояние Дмитрия было продолжительным и изнурительным — приступы длились долго и не прекращались. Врач-психиатр Белоусов уточнил, что обычный эпилептический припадок обычно длится всего несколько секунд, однако в данном случае речь шла об эпилептическом статусе — опасном состоянии, при котором приступы следуют один за другим без перерыва и могут привести к агонии. Это состояние требует немедленного медицинского вмешательства, так как оно крайне угрожает жизни пациента.

Таким образом, анализ медицинских данных и свидетельств очевидцев позволяет сделать вывод о тяжести заболевания мальчика и сложностях, с которыми сталкивались его близкие. Длительные и повторяющиеся припадки, сопровождаемые потерей сознания и агрессивным поведением, свидетельствуют о серьёзной неврологической патологии, которая, к сожалению, привела к трагическому исходу. Важно понимать, что эпилептический статус — это не просто серия приступов, а критическое состояние, требующее постоянного наблюдения и специализированной помощи, что подчёркивает необходимость своевременной диагностики и комплексного лечения подобных заболеваний.

Жизнь порой преподносит трагические и загадочные события, которые сложно объяснить с первого взгляда. В одном из таких случаев мамка Волохова отчетливо помнила, как в критический момент нож коснулся горла мальчика. Несмотря на это, из раны не хлынула кровь, что сразу же привлекло внимание к деталям происшествия. Отсутствие сильного кровотечения свидетельствовало о том, что крупные сосуды остались неповрежденными, а значит, говорить о преднамеренном увечье не приходится. Это обстоятельство исключало версию о насильственной смерти или самоубийстве. В итоге стало ясно, что причиной смерти стала так называемая «черная немочь» — термин, который в народе обозначает внезапное и необъяснимое ухудшение здоровья, приводящее к летальному исходу. Такие случаи напоминают нам о хрупкости человеческой жизни и о том, как порой внешние признаки могут вводить в заблуждение относительно истинных причин трагедии.

Источник и фото - ria.ru