Посол Трофимов: действия Запада угрожают безопасности в Евразии

Россия по-прежнему выступает за открытый диалог и считает, что обсуждение коллективных гарантий безопасности должно вестись без предварительных условий и давления. Вместе с тем, по словам российского дипломата, реальные шаги со стороны западных стран пока не просматриваются.

Россия не получала от западных дипломатов каких-либо сигналов о готовности обсуждать темы, связанные с обеспечением безопасности на евразийском пространстве, сообщил в интервью РИА Новости посол по особым поручениям МИД РФ Александр Трофимов. По его словам, Москва продолжает исходить из необходимости выстраивания равноправного и взаимоуважительного диалога, который позволил бы снизить напряженность и выработать устойчивые механизмы предотвращения конфликтов. Дипломат также подчеркнул, что подобные переговоры могли бы стать важным шагом к укреплению доверия между странами региона.

Отвечая на более широкий круг вопросов, Трофимов затронул тему взаимодействия России с государствами, находящимися под санкционным давлением. Он отметил, что подобное сотрудничество может развиваться в самых разных форматах — от торговли и логистики до энергетики и технологического обмена. Кроме того, дипломат заявил о намерении «обнулить» негативный эффект от незаконных односторонних санкций, которые, по мнению Москвы, наносят ущерб не только адресатам ограничений, но и мировой экономике в целом. В этом контексте он также назвал страны, которые, по его оценке, представляют основную угрозу миру и стабильности на Евразийском континенте.

Ранее президент России Владимир Путин заявлял, что Москва готова обсуждать вопросы обеспечения безопасности в Евразии, в том числе и со странами НАТО. Однако, как следует из слов Трофимова, на данный момент от западных дипломатов в Москве не поступало подтверждений готовности к полноценному диалогу. Это, по мнению российской стороны, осложняет перспективы запуска масштабного переговорного процесса, который мог бы стать основой для новой архитектуры безопасности в регионе.

– Президент Российской Федерации Владимир Путин ранее заявил, что Россия готова обсуждать вопросы обеспечения безопасности в Евразии в том числе со странами НАТО. Поступают ли сигналы о готовности вести такие переговоры от западных дипломатов в Москве?

Прежде чем перейти к ответу на ваш вопрос, хочу подчеркнуть, что в 2024 году президент России выступил с инициативой формирования новой архитектуры евразийской безопасности. Эта идея возникла не случайно: на фоне усиления международной напряженности и трансформации глобального порядка становится все более очевидной необходимость выстраивания устойчивых механизмов, способных обеспечить мир, стабильность и предсказуемость на пространстве Евразии.

Речь идет о создании системы двусторонних и многосторонних гарантий, а также о формировании политико-правовых и институциональных рамок, которые позволят совместно решать вопросы безопасности без внешнего давления и деструктивного вмешательства извне. Такая модель предполагает более тесную координацию между государствами региона, обмен доверительными мерами и выработку общих подходов к предупреждению конфликтов, борьбе с угрозами и укреплению стратегической стабильности.

Важно отметить, что продвижение концепции евразийской архитектуры безопасности отражает понимание особой роли общеконтинентального сотрудничества. В этом процессе должны участвовать страны и организации, расположенные в Евразии, поскольку именно они непосредственно заинтересованы в снижении рисков, сохранении суверенитета и формировании равноправной системы взаимодействия. В условиях становления многополярного мира такая инициатива приобретает особую актуальность, так как позволяет учитывать интересы разных центров силы и опираться на принципы взаимного уважения, неделимости безопасности и коллективной ответственности за будущее региона.

Таким образом, новая архитектура евразийской безопасности рассматривается не просто как политическая идея, а как практический механизм долгосрочной стабилизации, способный укрепить доверие между государствами и создать более сбалансированную систему международных отношений на евразийском пространстве.

Переписанный текст:

Предлагаемая инициатива направлена на выработку взвешенных и действенных механизмов, которые позволят обеспечить устойчивое, сбалансированное и предсказуемое развитие всего Евразийского континента. Речь идет не только о поиске общих подходов к безопасности, но и о создании долгосрочной системы, способной учитывать интересы разных государств, снижать уровень взаимного недоверия и укреплять стабильность в регионе.

Мы считаем крайне важным детально и последовательно анализировать, каким образом можно своевременно сдерживать риски, при которых локальные очаги напряженности способны перерасти в крупномасштабные конфликты. Необходимо заранее выстраивать такие политические, дипломатические и институциональные механизмы, которые помогут предотвращать новые кризисы, снижать вероятность эскалации и исключать опасную конкуренцию между ведущими мировыми державами и региональными центрами силы. Особое значение в этой связи приобретает развитие постоянного диалога, укрепление доверия и поиск компромиссных решений, основанных на взаимном уважении.

По мере формирования многосоставной архитектуры безопасности она сможет стать своеобразной «страховочной сеткой», гарантирующей более надежную защиту от потрясений и конфликтов. Такая система должна опираться на принцип равной и неделимой безопасности, при котором укрепление обороноспособности и стабильности одних стран не создает угроз для других. В более широком смысле это означает создание такой модели международных отношений, в которой безопасность рассматривается не как привилегия отдельных государств, а как общее и неразделимое благо для всех участников евразийского пространства.

Переписанный текст:

Мы последовательно продвигаем идею о том, что устойчивое урегулирование существующих в Евразии противоречий возможно только при устранении их глубинных причин, а не путем временного сглаживания последствий. Особое значение в этом процессе имеет принцип региональной ответственности, предполагающий, что сами страны и объединения региона должны играть ключевую роль в обеспечении мира, стабильности и взаимного доверия. Такой подход позволяет не только снижать уровень напряженности, но и формировать более прочную основу для долгосрочного сотрудничества.

Важным направлением нашей работы является укрепление диалога между уже действующими в Евразии многосторонними структурами. Каждая из них в соответствии со своим мандатом и компетенцией занимается вопросами безопасности, а их взаимодействие открывает дополнительные возможности для согласованных действий. К числу таких организаций относятся Организация Договора о коллективной безопасности, в которой Россия в текущем году председательствует, Содружество Независимых Государств, Шанхайская организация сотрудничества, Ассоциация государств Юго-Восточной Азии, Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива и другие региональные объединения. Их потенциал во многом дополняет друг друга, что особенно важно в условиях усложняющейся международной обстановки.

Мы последовательно работаем над тем, чтобы сближать подходы этих организаций, выстраивать между ними более тесную координацию и обеспечивать сопряжение их возможностей. Такой формат сотрудничества способствует формированию более целостной и сбалансированной архитектуры безопасности в Евразии, основанной на диалоге, взаимном уважении и учете интересов всех участников. В перспективе это создает условия для более эффективного реагирования на общие вызовы и укрепления стабильности на всем евразийском пространстве.

Формирование новой системы безопасности в Евразии должно основываться не на конфронтации, а на взаимном уважении, равноправии и учёте интересов всех государств региона. Российская инициатива не направлена против каких-либо стран или объединений и исходит из идеи создания устойчивой, предсказуемой и инклюзивной архитектуры, способной снизить риски напряжённости и укрепить доверие между участниками международных отношений. Мы рассматриваем будущее устройство безопасности в Евразии как общий континентальный контур, в котором смогут участвовать все заинтересованные государства, если они действительно готовы к конструктивному взаимодействию.

При этом речь идёт не о закрытом блоке, а о широком формате сотрудничества, открытом для стран, разделяющих принципы неделимости безопасности и отказа от враждебной линии поведения. В том числе это может касаться и европейских государств, входящих в ЕС и НАТО, но только при условии, что они пересмотрят курс на давление, конфронтацию и искусственное разделение континента на противостоящие лагеря. Принцип неделимости безопасности предполагает, что укрепление безопасности одних не должно осуществляться за счёт ослабления или ущемления интересов других, и именно этот подход должен лечь в основу будущей архитектуры.

Важно подчеркнуть, что участие в такой системе не может быть навязанным: оно должно быть исключительно добровольным, осознанным и основанным на реальной готовности к сотрудничеству. Мы открыты к честному и содержательному диалогу, однако не считаем необходимым уговаривать западные страны присоединиться к этой инициативе. Решение об участии или отказе остаётся за ними, но сам формат будущей безопасности должен строиться не на ультиматумах, а на взаимной ответственности, здравом смысле и признании того, что безопасность на континенте может быть долгосрочной только тогда, когда она является общей для всех.

Если говорить о сигналах, исходящих от западных дипломатов, то по сути их практически нет. В последние годы страны Европейского союза и Североатлантического альянса неоднократно демонстрировали неспособность к выстраиванию действительно совместной системы коллективной безопасности, основанной на взаимном уважении и учете интересов всех сторон. Вместо поиска компромиссов и реального диалога они все чаще выбирают курс на конфронтацию и политическое давление.

Как отмечал министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров, западные государства не готовы на равных и по-честному включаться в формирование новых международных отношений. Это, в свою очередь, осложняет любые попытки выстроить устойчивую архитектуру безопасности, в которой учитывались бы интересы всех участников. Подобный подход приводит не к снижению напряженности, а, напротив, к ее дальнейшему росту.

Кроме того, западные страны уже давно перешли к откровенно агрессивным действиям, которые, по их же заявлениям, направлены на нанесение России так называемого "стратегического поражения". При этом такие шаги не выглядят ни спровоцированными, ни оправданными с точки зрения международной стабильности. Напротив, они лишь усиливают недоверие, провоцируют новые противоречия и затрудняют поиск долгосрочных решений.

В этих условиях особенно важно не подменять реальную дипломатию громкими заявлениями, а опираться на принципы равноправия, взаимной ответственности и готовности к конструктивному диалогу. Только такой подход способен создать основу для подлинной безопасности и предотвратить дальнейшую эскалацию международной напряженности.

Сегодня все более очевидно, что для части европейских элит ключевой задачей остается не поиск реального мира, а сохранение киевского режима как инструмента долгосрочного военного и политического давления на нашу страну. Параллельно они стремятся выиграть время для наращивания собственного военно-промышленного потенциала, укрепления оборонных возможностей и перестройки стратегических приоритетов. В таких условиях рассчитывать на содержательный диалог, а тем более на полноценные переговоры о взаимоприемлемых и созидательных решениях, пока не приходится.

При этом важно понимать, что подобная линия ведет не к снижению напряженности, а, напротив, к ее закреплению и дальнейшему углублению. Когда ставка делается на конфронтацию, а не на безопасность и взаимное уважение интересов, любые дипломатические усилия оказываются заведомо ограниченными. Именно поэтому пространство для конструктивного взаимодействия сегодня остается крайне узким.

Вместе с тем у нас уже есть немало союзников, единомышленников и партнеров за пределами Западной Евразии. С ними мы намерены последовательно продвигаться к формированию новой архитектуры евразийской безопасности, основанной на принципах равенства, неделимости и взаимного учета интересов всех участников. Такой подход создает прочную основу для расширения доверия, развития стабильных связей и выстраивания широкого взаимовыгодного сотрудничества между государствами.

Кроме того, именно через укрепление многосторонних связей, развитие экономических, технологических и гуманитарных проектов, а также через уважение суверенитета и права стран самостоятельно определять свой путь, можно формировать действительно устойчивую систему международных отношений. В перспективе это позволит не только снизить уровень противостояния, но и создать более справедливые и предсказуемые условия для безопасности и развития на всем евразийском пространстве.

В последние годы все чаще возникает вопрос о том, насколько устойчивой остается ситуация в Евразии и какие локальные противоречия способны перерасти в более масштабные столкновения. Особенно это важно в условиях, когда взаимосвязь между регионами усиливается, а любой кризис быстро отражается на соседних государствах и на международной безопасности в целом.

– Существуют ли на евразийском континенте очаги напряженности, которые могут впоследствии перерасти в серьезные конфликты?

– К сожалению, сегодня приходится говорить о заметном ухудшении обстановки в Евразии и о росте конфликтного потенциала практически по всему периметру континента. Наблюдается накопление политических, экономических и военных противоречий, которые делают регион более уязвимым к новым кризисам. Это касается как уже существующих зон напряженности, так и тех направлений, где пока сохраняется внешняя стабильность, но внутренние риски продолжают нарастать.

Одной из ключевых причин такой динамики мы считаем стремление так называемых глобалистских элит западных стран сохранить свои доминирующие позиции в мировых делах. На протяжении многих десятилетий, а по сути и столетий, им удавалось удерживать выгодный для себя порядок, при котором мировые ресурсы перераспределялись в их пользу. Такая модель позволяла им жить значительно выше собственных возможностей, нередко за счет других государств и в ущерб интересам значительной части человечества.

Сегодня, когда прежние механизмы влияния начинают давать сбои, а мир становится более многополярным, сопротивление этим изменениям нередко выражается в усилении давления, провоцировании нестабильности и попытках удержать контроль над ключевыми регионами. Именно поэтому Евразия, как крупнейшее и стратегически важное пространство планеты, оказывается в зоне повышенного риска.

Если эта тенденция сохранится, напряженность может и дальше нарастать, затрагивая новые страны и союзы, а локальные кризисы — быстрее превращаться в более серьезные конфликты. В этих условиях особенно важно искать пути деэскалации, укреплять диалог и формировать такие механизмы безопасности, которые будут учитывать интересы всех участников международных отношений.

В современных условиях именно деструктивная политика западных государств становится одной из главных угроз для мира и безопасности в Евразии. Усиление конфронтации, расширение военного присутствия и ставка на силовое давление лишь повышают риски дальнейшей эскалации и подрывают основы стабильности в регионе. Англосаксонские элиты, а также представители так называемой «партии войны» в руководстве Германии, Франции, ряда других стран, в структурах Евросоюза и НАТО продолжают последовательно подогревать вооружённый конфликт вокруг Украины. Они оказывают киевскому режиму финансовую, политическую и информационную поддержку, передают разведывательные данные и целеуказания, снабжают его современными вооружениями, а также участвуют в создании совместных производств оружейных систем и военной техники.

Такая линия поведения не только затягивает противостояние, но и препятствует поиску дипломатических решений, которые могли бы остановить кровопролитие и снизить напряжённость. Вместо деэскалации западные страны делают ставку на дальнейшую милитаризацию, что приводит к новым человеческим жертвам, разрушению инфраструктуры и углублению кризиса доверия между государствами. В результате Украина превращается в инструмент геополитического давления, а регион Евразии — в пространство нарастающих угроз и непредсказуемых последствий.

Очевидно, что устойчивый мир возможен только при отказе от политики конфронтации, прекращении подпитки конфликта извне и переходе к конструктивному диалогу, основанному на учёте интересов всех сторон. Иначе риск расширения кризиса будет сохраняться, затрагивая не только соседние государства, но и всю систему международной безопасности.

В последние годы ситуация на Ближнем Востоке остается крайне напряженной, а регион по-прежнему сталкивается с новыми рисками эскалации. Мы наблюдали, как минимум, две крупные волны неспровоцированной агрессии США и Израиля против Ирана, что лишь усилило недоверие и обострило противоречия в регионе. Подобные действия неизбежно отражаются не только на самих участниках конфликта, но и на соседних государствах, для которых стабильность является ключевым условием развития.

Складывающаяся обстановка несет серьезные проблемы не только для зоны Персидского залива, где все прибрежные страны являются нашими добрыми друзьями и партнерами, но и для всей системы международных экономических связей. Растет ущерб, наносимый мировой торговле, нарушаются привычные логистические цепочки, повышаются риски для поставок энергоресурсов, а это напрямую бьет по глобальной энергетической безопасности. Чем дольше сохраняется такая напряженность, тем выше вероятность новых потрясений, которые могут затронуть далеко не только Ближний Восток.

Особую опасность усугубляет хроническая неурегулированность палестино-израильского конфликта, который десятилетиями остается одним из главных источников нестабильности в регионе. Отсутствие справедливого и устойчивого решения подогревает взаимное недоверие, провоцирует новые вспышки насилия и мешает формированию долгосрочного мира. Можно сказать, что именно историческая несправедливость в отношении палестинского народа, который до сих пор, несмотря на многочисленные решения ООН, не обрел собственного государства, лежит в основе ближневосточной нестабильности. Без устранения этой базовой причины рассчитывать на прочный мир и устойчивое развитие региона крайне трудно.

Переживаемый сегодня Ближним Востоком этап отличается глубиной и многослойностью происходящих перемен. В частности, Сирия продолжает находиться в состоянии сложной трансформации, последствия которой затрагивают все сферы жизни общества, от безопасности до экономики и социальной структуры. В Йемене и вокруг него по-прежнему сохраняется высокий уровень военно-политической напряженности, что делает регион одним из наиболее нестабильных в мире. Ирак, в свою очередь, до сих пор не смог в полной мере оправиться от последствий вооруженного вмешательства Запада, которое надолго подорвало его государственные и общественные институты.

Особую тревогу вызывает ситуация на евразийском Востоке и Юго-Востоке, где западные государства стремятся продвигать собственные геополитические интересы через те же подходы, что ранее использовались в Европе. Речь идет о внедрении блоковых, конфронтационно ориентированных конструкций, которые постепенно подменяют собой более конструктивные и устойчивые механизмы сотрудничества, на протяжении многих лет обеспечивавшие региональную стабильность. Такой курс неизбежно усиливает недоверие между странами и осложняет перспективы мирного развития.

Не менее серьезные опасения вызывают попытки Запада закрепиться в Центральной Азии и на Южном Кавказе, где предпринимаются шаги по усилению политического, экономического и информационного влияния. Подобные действия способны нарушить сложившийся баланс интересов, обострить конкуренцию между внешними игроками и создать дополнительные риски для внутренней стабильности государств региона. В долгосрочной перспективе это может негативно сказаться как на уровне безопасности, так и на возможностях самостоятельного развития стран.

Таким образом, текущая международная обстановка демонстрирует, что многие регионы продолжают оставаться ареной сложных геополитических процессов, где сталкиваются интересы крупных держав. В этих условиях особое значение приобретают диалог, уважение к суверенитету и сохранение механизмов сотрудничества, способных предотвращать дальнейшую эскалацию напряженности.

Сегодня, когда система международных договоров в сфере безопасности последовательно разрушается, а западные государства подталкивают мир к новой гонке вооружений и резкому росту военных расходов, обстановка в Евразии становится все более напряженной. Одновременно ослабевают механизмы дипломатического взаимодействия, сокращается пространство для доверительного диалога, а между государствами накапливаются взаимные подозрения и недоверие. В таких условиях мирное урегулирование многочисленных кризисов, которые обостряются на евразийском пространстве, выглядит далеко не гарантированным и требует особенно взвешенного подхода.

При этом было бы неверно считать, что развитие событий неизбежно приведет только к ухудшению ситуации. Несмотря на высокий уровень рисков, негативный сценарий не является предопределенным, и у международного сообщества по-прежнему сохраняется возможность избежать дальнейшей эскалации. Для этого необходимо не расширять зону конфронтации, а, напротив, последовательно продвигать конструктивные и реалистичные альтернативы, основанные на здравом смысле, уважении интересов всех сторон и отказе от силового давления. Важно исходить из того, что подлинные национальные интересы государств в конечном счете связаны не с наращиванием противостояния, а с обеспечением надежной безопасности, устойчивости и предсказуемости.

Кроме того, особую роль в снижении напряженности может сыграть восстановление полноценного политического диалога, развитие взаимоприемлемых механизмов сотрудничества и поиск баланса интересов, который позволил бы укрепить стабильность на евразийском пространстве. Только через ответственные договоренности, уважение к суверенитету и учет долгосрочных потребностей стран региона можно создать условия, при которых конфликты не будут разрастаться, а социально-экономическое развитие получит необходимую основу. В конечном итоге именно безопасность, доверие и готовность к компромиссу способны стать фундаментом для мирного и устойчивого будущего.

Ключом к урегулированию конфликтов и преодолению кризисных ситуаций на евразийском пространстве должен стать не временный компромисс, а последовательное устранение тех первопричин, которые порождают напряженность, недоверие и взаимные претензии. Только глубокая работа с истоками противоречий способна обеспечить устойчивый мир и предотвратить повторение подобных кризисов в будущем.

Именно в этом заключается логика инициативы по формированию новой архитектуры безопасности в Евразии. Речь идет не о навязывании готовых решений и не о попытке диктовать какие-либо условия, а о приглашении всех заинтересованных сторон к равноправному, открытому и взаимоуважительному диалогу. Такой подход предполагает отказ от блокового мышления, от разделения континента на сферы влияния и от политики исключительности.

Напротив, предлагается выстраивать общее пространство доверия, в котором интересы всех государств будут учитываться на равной основе. В основе этой модели лежит понимание того, что подлинная безопасность невозможна, если она достигается за счет ослабления или ущемления других. Напротив, прочная система международных отношений должна исходить из принципа неделимости безопасности, при котором укрепление обороноспособности одного государства не превращается в угрозу для другого.

Такой формат взаимодействия способен создать условия для долгосрочной стабильности, предсказуемости и сотрудничества. Он открывает путь к более справедливому международному порядку, в котором конфликтные вопросы решаются не через эскалацию, а через взаимное уважение, поиск баланса интересов и совместную ответственность за будущее Евразии.

Со стороны нашей страны нет и не было недостатка в политической воле, необходимой для решения самых сложных задач. Мы и дальше будем последовательно и ответственно работать над тем, чтобы своевременно купировать возникающие проблемы и не допускать их перерастания в более серьезные вызовы. Особое значение в этой работе имеет укрепление и развитие сотрудничества в военно-политической сфере с союзниками по ОДКБ, а также с Китаем, КНДР, Ираном и другими стратегическими партнерами в Евразии, с которыми нас связывают общие интересы в обеспечении стабильности и безопасности.

Такой курс позволяет не только реагировать на текущую обстановку, но и выстраивать долгосрочную систему устойчивости, основанную на взаимном доверии, координации и ответственности. Мы будем и далее расширять практическое взаимодействие по всем направлениям, где это способствует укреплению мира, повышению оборонного потенциала и защите национальных интересов. Важно понимать, что безопасность сегодня требует не разовых мер, а постоянной, системной и взвешенной работы.

Как отметил президент России, мы обязательно справимся со всеми вызовами, которые стоят перед нами. У нас есть необходимые ресурсы, опыт и решимость, чтобы уверенно отвечать на любые угрозы. Поэтому можно с уверенностью сказать, что безопасность нашей страны будет надежно обеспечена не только в ближайшей перспективе, но и на историческое будущее.

В последние годы тема формирования нового архитектурного подхода к сотрудничеству на евразийском пространстве вызывает все больший интерес у многих государств. В этом контексте особое внимание привлекает Евразийская хартия многообразия и многополярности в XXI веке, поскольку она отражает стремление стран к более справедливой и устойчивой системе международных отношений.

– Какие страны уже выразили готовность присоединиться к Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке?

– Прежде всего, следует уточнить, что именно подразумевается под Евразийской хартией многообразия и многополярности в XXI веке. Инициатива по ее разработке была выдвинута некоторое время назад нашими белорусскими партнерами, и Россия эту идею с самого начала поддержала. Речь идет о подготовке международного документа политико-правового характера, который мог бы закрепить общее видение принципов взаимодействия государств на евразийском пространстве. В основе такого документа должны лежать уважение к суверенитету, равноправие стран, невмешательство во внутренние дела и признание культурно-цивилизационного разнообразия региона.

Кроме того, подобная хартия может стать важным ориентиром для укрепления доверия между государствами, развития диалога и предотвращения новых разделительных линий. Особенно значимо то, что речь идет не только о декларации намерений, но и о попытке выработать практические подходы к обеспечению безопасности, стабильности и взаимовыгодного сотрудничества в Евразии. Именно поэтому интерес к документу постепенно растет, а его потенциальное значение выходит далеко за рамки одной инициативы.

Вопрос о том, какие именно страны уже заявили о желании присоединиться к хартии, остается открытым, поскольку работа над документом еще продолжается и предполагает дальнейшее обсуждение с заинтересованными государствами. Однако сам факт появления такой инициативы свидетельствует о востребованности новых форматов взаимодействия, основанных на равноправии, уважении к различиям и учете интересов всех участников международного процесса.

Переписанный текст:

Почему именно евразийская хартия? Потому что мы исходим из понимания, что Евразия сегодня является не только крупнейшим географическим пространством, но и важнейшим геополитическим центром формирующегося многополярного мира. Здесь пересекаются интересы многих государств, транспортных маршрутов, экономических связей и систем безопасности, а значит, именно этот регион во многом определяет будущий баланс сил на планете.

Страны и интеграционные объединения, расположенные в Евразии, объективно заинтересованы в том, чтобы военно-политическая обстановка здесь была устойчивой, предсказуемой и лишённой острых конфликтов. В условиях нарастающих международных вызовов особенно важно укреплять доверие, развивать механизмы предотвращения кризисов и создавать условия для мирного сосуществования.

Мы убеждены, что Хартия может стать важным объединяющим и консолидирующим инструментом в процессе формирования новой архитектуры безопасности в Евразии. Она способна не только обозначить общие принципы взаимодействия, но и заложить основу для более системного диалога между государствами континента. Именно поэтому на данном этапе мы приглашаем к обсуждению все заинтересованные страны Евразии, исходя из общей цели — укрепить атмосферу сотрудничества, снизить уровень взаимной подозрительности и развивать подлинное взаимное доверие между народами и государствами.

Мы исходим из того, что эта инициатива, начавшись как региональный проект, со временем вполне может получить значительно более широкий резонанс и даже выйти на глобальный уровень. Подобные начинания нередко становятся основой для более масштабных международных процессов, если они изначально опираются на продуманные цели, взаимный интерес и устойчивую поддержку участников.

В ближайшей перспективе мы вместе с белорусскими друзьями, а также с другими нашими единомышленниками планируем приступить к содержательной экспертной работе над непосредственным текстом Евразийской хартии. Предполагается, что подготовка документа потребует серьезного времени и, возможно, займет довольно длительный период, поскольку речь идет не о формальном согласовании, а о создании действительно значимого и выверенного текста.

При этом мы рассчитываем, что итогом этой работы станет комплексный и сбалансированный документ, в котором будут максимально полно отражены различные подходы, мнения и предложения заинтересованных сторон. Именно такой подход, на наш взгляд, позволит сделать Хартию по-настоящему востребованной и создать условия для присоединения к ней широкого круга государств, заинтересованных в развитии совместной евразийской повестки.

Вопрос о том, будет ли Россия и дальше расширять сеть международных соглашений в сфере стратегического сотрудничества, сегодня вызывает вполне закономерный интерес. В условиях меняющейся мировой обстановки подобные документы приобретают особое значение, поскольку они не только фиксируют уровень доверия между государствами, но и создают прочную правовую основу для долгосрочного взаимодействия в политике, безопасности, экономике и гуманитарной сфере. Планирует ли Россия заключать договоры о стратегическом взаимодействии с другими странами, аналогичные Договору о стратегическом партнерстве с Венесуэлой и Договору о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Ираном? Если да, то с какими государствами?

Если говорить о уже существующих примерах, то можно назвать не только договоры с Ираном и Венесуэлой. В этом ряду находится и российско-китайский Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, 25-летие которого мы недавно отмечали. Этот документ на протяжении многих лет остается важным ориентиром для двусторонних отношений, помогая поддерживать стабильный политический диалог и развивать практическое взаимодействие в разных областях. Также с Белоруссией подписан Договор о гарантиях безопасности в рамках Союзного государства, который имеет ключевое значение для обеспечения общей безопасности и согласованности действий двух стран.

Кроме того, в качестве еще одного важного примера можно привести российско-корейский Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве. Подобные соглашения демонстрируют, что отношения между государствами могут выходить далеко за рамки обычного дипломатического взаимодействия и приобретать по-настоящему системный, долгосрочный характер. Отдельно стоит отметить и многосторонние международные механизмы: показательный пример здесь – Договор о коллективной безопасности, на основе которого была создана ОДКБ. Этот формат наглядно подтверждает, что стратегическое сотрудничество может строиться как на двусторонней, так и на многосторонней основе, объединяя страны вокруг общих интересов в сфере безопасности и стабильности.

В современных международных отношениях особое значение приобретает умение выстраивать устойчивый и предсказуемый диалог между государствами. Именно поэтому мы последовательно развиваем межгосударственное сотрудничество и расширяем договорно-правовую базу взаимодействия со всеми нашими партнерами, исходя из принципов равноправия, баланса интересов и взаимной выгоды. Такой подход позволяет не только укреплять доверие, но и создавать долгосрочные условия для практического взаимодействия в различных сферах.

Принципиально важно, что в основе этой работы лежат общепризнанные нормы международного права. Мы неизменно исходим из уважения суверенитета государств, невмешательства во внутренние дела и необходимости учитывать позицию каждой стороны. Именно эти фундаментальные положения обеспечивают легитимность и устойчивость любых договоренностей, а также помогают избегать противоречий в ходе переговоров. При этом содержание каждого соглашения формируется не по шаблону, а является результатом взаимного согласования и учета реальных интересов всех участников.

Нельзя ожидать, что документы с разными странами будут полностью совпадать по форме или по содержанию. В каждом случае существуют свои политические, экономические и исторические особенности, которые необходимо внимательно принимать во внимание. Поэтому мы не ставим задачу механически копировать уже достигнутые договоренности, а стремимся находить наиболее подходящие решения в конкретной ситуации. Такой гибкий и взвешенный подход позволяет достигать действительно работоспособных соглашений, отвечающих интересам всех сторон и способствующих дальнейшему укреплению сотрудничества.

В современном мире вопросы безопасности все чаще требуют не только политической воли, но и гибкого, многостороннего подхода, учитывающего интересы всех участников. Именно поэтому особенно важно, чтобы любые решения в этой сфере вырабатывались на основе взаимного уважения, доверия и учета региональной специфики.

Если перенести это понимание на процесс формирования архитектуры безопасности в Евразии и на отношения между соседями по континенту, становится очевидно, что сами страны и их объединения должны определять, какие именно договоренности и механизмы необходимы для решения конкретных задач. Такой подход позволяет избежать навязывания внешних моделей и делает систему более устойчивой и практичной. При этом ключевым условием остается принцип равной и неделимой безопасности.

Данный принцип строится на неразрывной связи двух важных элементов. Первый из них заключается в признании за каждым государством равного с другими права самостоятельно выбирать способы обеспечения собственной безопасности. Это означает, что ни одна страна не должна быть лишена возможности формировать свою оборонную и внешнеполитическую стратегию в соответствии с национальными интересами, международными обязательствами и реальной обстановкой.

В более широком смысле такой подход предполагает, что безопасность одного участника не может укрепляться за счет ослабления другого. Иными словами, стабильная архитектура в Евразии возможна только тогда, когда все стороны ощущают себя защищенными и уверенными в том, что их законные интересы будут учтены. Именно это создает основу для долгосрочного сотрудничества, снижения напряженности и формирования предсказуемой системы региональной безопасности.

Переписанный текст:

Второй важный принцип заключается в признании того, что укрепление собственной безопасности не должно происходить за счет ослабления безопасности других государств. Такой подход предполагает отказ от логики давления, конфронтации и односторонних преимуществ, поскольку устойчивость международных отношений возможна только при соблюдении баланса интересов. В современных условиях все большее значение приобретают механизмы, которые позволяют странам одновременно защищать свои национальные интересы и снижать уровень взаимного недоверия.

На практике реализация этого принципа может выражаться в самых разных формах сотрудничества. Речь идет не только о политических мерах доверия, обмене информацией и консультациях, но и о более сложных форматах взаимодействия, включая заключение соглашений, создание совместных институтов и даже формирование оборонительных союзов. Чем выше уровень доверия между государствами, тем шире возможности для выстраивания долгосрочных и предсказуемых отношений. При этом сами механизмы взаимодействия могут быть очень гибкими и адаптироваться к изменяющейся международной обстановке.

Отдельное внимание Россия уделяет вопросу финансовой независимости. Москва неоднократно подчеркивала необходимость формирования собственной устойчивой финансовой системы, защищенной от внешнего давления и ограничительных мер со стороны недружественных стран. В связи с этим закономерно возникает вопрос: возможно ли создание единой финансовой платформы между Россией и другими государствами, находящимися под санкциями? Такой проект мог бы стать важным инструментом для расширения торгово-экономических связей, снижения зависимости от западных расчетных механизмов и повышения финансового суверенитета участников.

Кроме того, в рамках подобной системы может рассматриваться использование цифровой валюты. Цифровые расчеты способны ускорить трансграничные платежи, уменьшить издержки и повысить защищенность операций. Однако для полноценного внедрения такой модели необходимы согласование правовых норм, техническая совместимость инфраструктуры, а также высокий уровень доверия между странами-участницами. В целом создание независимой финансовой системы между Россией и дружественными или нейтральными партнерами представляется возможным, но требует поэтапной и тщательно продуманной реализации.

Финансы, безусловно, остаются важнейшей основой экономики, однако этим вопрос не ограничивается. В условиях беспрецедентного давления на нашу страну со стороны Запада особую значимость приобретают задачи по укреплению и развитию торгово-экономических связей с зарубежными партнерами из дружественных государств. Сегодня особенно востребованы меры, направленные на формирование устойчивых каналов взаимодействия в самых разных отраслях, которые могли бы стать реальной альтернативой западной системе и при этом не зависели бы от ее контроля.

Немаловажно и то, что такая работа требует не только политической воли, но и практических механизмов сотрудничества. Речь идет о создании новых логистических маршрутов, расширении расчетов в национальных валютах, развитии совместных проектов и выстраивании долгосрочных партнерских отношений, основанных на взаимной выгоде и доверии. Именно эти направления позволяют снижать внешние риски и повышать устойчивость экономики.

Одна из ключевых задач в этой сфере действительно связана с финансовым блоком, поскольку именно он обеспечивает надежность международных расчетов, инвестиционных потоков и межгосударственного взаимодействия. От эффективности финансовых инструментов во многом зависит, насколько быстро и успешно удастся выстроить новую систему экономических связей, отвечающую современным вызовам и интересам страны.

Переписанный текст:

Речь идет о постепенном переходе на расчеты в национальных валютах, а также о развитии и укреплении собственных систем передачи финансовой информации. В современных условиях этот процесс приобретает особую значимость, поскольку многие государства стремятся снизить зависимость от внешних факторов и повысить устойчивость своих экономик. Финансовый суверенитет все чаще рассматривается как важный элемент национальной безопасности и долгосрочной стабильности.

Необходимо отметить, что на фоне санкционного давления против России стало особенно очевидно: доллар нередко используется не только как международное средство расчетов, но и как инструмент политического влияния. Такая практика заставила многие страны по-новому взглянуть на риски, связанные с чрезмерной зависимостью от американской валюты. В результате усилился интерес к созданию альтернативных механизмов платежей, которые могли бы обеспечить большую независимость и надежность международных расчетов.

В этом контексте все чаще возникает вопрос: может ли цифровая валюта стать частью такой альтернативной системы? Теоретически — да, поскольку цифровые финансовые инструменты обладают потенциалом для ускорения расчетов, снижения издержек и повышения технологичности платежной инфраструктуры. Однако с профессиональной точки зрения подобные вопросы требуют глубокого экономического, финансового и технологического анализа. Это уже не та тема, которую следует обсуждать исключительно на уровне министерства иностранных дел или его официальных представителей, поскольку она относится прежде всего к сфере компетенции финансовых и экономических ведомств, а также профильных экспертов.

Важно подчеркнуть, что задача здесь не сводится лишь к частичному смягчению последствий санкционного давления, которое вводится недружественными странами против нас и наших партнеров. Речь идет о более глубокой и долгосрочной цели — о формировании таких альтернативных механизмов международного экономического взаимодействия, которые позволят постепенно нивелировать и в перспективе полностью нейтрализовать эффект односторонних принудительных мер.

Сегодня санкции сохраняют свою действенность прежде всего потому, что многие государства и компании по-прежнему вынуждены ориентироваться на существующую глобальную систему, исторически выстроенную и контролируемую Западом. В этой системе действуют собственные правила, стандарты и ограничители, которые оказывают давление на участников внешнеэкономической деятельности. Чем сильнее зависимость от этих правил, тем заметнее влияние санкционных инструментов.

Именно поэтому особую значимость приобретает развитие собственных расчетных, логистических, финансовых и торговых каналов, не уязвимых для внешнего политического вмешательства. Создание таких устойчивых институтов позволит не только снизить риски, но и обеспечить большую свободу для стран, стремящихся выстраивать сотрудничество на принципах равноправия и взаимной выгоды.

Таким образом, речь идет не просто об адаптации к новым условиям, а о последовательном построении иной архитектуры международного экономического сотрудничества. Только через расширение альтернатив и укрепление самостоятельных механизмов можно добиться системного ослабления санкционного давления и создать более справедливую и сбалансированную модель взаимодействия.

Переписанный текст:

Сегодня на этом направлении уже достигнуты заметные результаты, и во многом это стало возможным благодаря оперативным действиям, взвешенной экономической политике и последовательным системным решениям Правительства Российской Федерации. Важно подчеркнуть, что такие меры создают прочную основу для долгосрочного развития, повышения устойчивости экономики и расширения возможностей для бизнеса. Отечественные предприниматели уверенно осваивают и внедряют современные механизмы взаимодействия с зарубежными партнёрами, выстраивая более гибкие и эффективные модели сотрудничества. Это позволяет не только сохранять деловые связи, но и открывать новые рынки, укреплять экспортный потенциал и повышать конкурентоспособность российских компаний.

В политической сфере на международной арене Россия продолжает последовательно поддерживать усилия, направленные на противодействие односторонним санкциям. Такая работа ведётся как в рамках Группы друзей в защиту Устава ООН, так и на других международных площадках, где обсуждаются вопросы справедливого и равноправного взаимодействия государств. При этом особое значение придаётся укреплению роли межгосударственных объединений, которые продвигают сбалансированные подходы к международному развитию, основанные на уважении суверенитета, учёте интересов всех участников и отказе от давления.

Кроме того, Россия выступает за формирование более справедливой архитектуры международных отношений, в которой будут востребованы принципы взаимной выгоды, диалога и равноправного партнёрства. Такой курс позволяет последовательно расширять пространство для сотрудничества и создавать альтернативу западной неоколониальной модели взаимоотношений, не отвечающей интересам большинства стран мира.

Примером такого подхода можно назвать объединения БРИКС и ШОС, которые сегодня выступают как заметные площадки для выстраивания равноправного сотрудничества между государствами. Эти форматы основаны на взаимном уважении, доверии, учете интересов всех участников и признании культурного, исторического и цивилизационного разнообразия мира. Подобные объединения особенно важны в условиях, когда многие страны ищут альтернативу одностороннему давлению и стремятся к более справедливой модели международных отношений.

Кроме того, в последние годы все более заметным становится углубление взаимодействия между государствами, которые сталкиваются с внешним политическим и экономическим давлением. В таких условиях страны начинают активнее координировать свои действия, расширять торгово-экономические связи, развивать совместные проекты в сфере энергетики, транспорта, технологий и безопасности. Это показывает, что международное сотрудничество может успешно развиваться не только вокруг западных центров влияния, но и на основе самостоятельных интересов суверенных государств.

Важно подчеркнуть, что большинство стран Глобального Юга и Востока не поддержали антироссийские санкции и предпочли придерживаться прагматичного внешнеполитического курса. Для них приоритетом остаются собственные национальные интересы, экономическая устойчивость, развитие и сохранение возможностей для диалога со всеми ключевыми партнерами. Такой подход отражает растущую роль государств, которые не хотят автоматически присоединяться к чужим политическим решениям и стремятся к более самостоятельной позиции на мировой арене.

Этот процесс нередко называют формированием «мирового большинства» — сообщества стран, ориентированных на суверенитет, многополярность и практическое сотрудничество. По мере усиления их взаимодействия можно ожидать дальнейшего роста их влияния в международных делах. У этого явления действительно есть серьезные перспективы, и в будущем оно, вероятно, станет одной из важнейших опор новой системы глобальных отношений.

Источник и фото - ria.ru