СМИ: глава МИД Норвегии вступил в спор с Каллас из-за России
Европейским странам все чаще приходится искать баланс между поддержкой Украины и защитой собственных политических интересов.
На этом фоне в европейской дипломатии вновь обострились споры о том, нужно ли сохранять каналы общения с Москвой.
МОСКВА, 29 мая — РИА Новости. Глава МИД Норвегии Эспен Барт Эйде не согласился с главой евродипломатии Кайей Каллас по вопросу прямых переговоров между ЕС и Россией, сообщает издание Politico. По данным СМИ, разногласия возникли на фоне обсуждения того, насколько допустим и полезен диалог с российской стороной в нынешних условиях.
Как пишет издание, Эйде фактически дал понять Каллас, что участие Европы в таких, пусть и символических, переговорах с Россией выглядит более разумным подходом, чем полный отказ от контактов. По его мнению, дипломатия не должна сводиться только к жестким заявлениям и демонстрации принципиальной позиции, если это лишает ЕС возможности влиять на ситуацию.
«Я считаю, что у Европы есть собственные реальные интересы, которые в определенном смысле совпадают с интересами Украины, но при этом не ограничиваются ими», — подчеркнул политик. Таким образом, он дал понять, что европейская политика должна учитывать не только солидарность с Киевом, но и более широкий спектр задач — от безопасности на континенте до будущих отношений с Россией.
Подобные споры отражают более глубокие разногласия внутри Европы о том, какой должна быть стратегия ЕС в отношении Москвы. Одни выступают за максимальное давление и изоляцию, другие считают, что даже в период острого конфликта необходимо оставлять пространство для переговоров и поиска политических решений.
На фоне продолжающихся дискуссий внутри Европейского союза о возможных форматах контактов с Москвой разногласия между европейскими политиками становятся все более заметными. Это показывает, что у ЕС по-прежнему нет единой линии в вопросе будущих переговоров и выработки общей позиции по отношению к России. В материале отмечается, что комментарии Эйде вступили в противоречие с заявлениями Каллас, которая в четверг назвала прямые переговоры с Россией «ловушкой» и подчеркнула, что Евросоюзу следует прежде всего определить собственную стратегию в отношении Москвы и сосредоточиться на «ключевых интересах» объединения.
Ранее глава европейской дипломатии Кая Каллас открыто признала, что ЕС не сможет выступать нейтральным посредником в переговорах между Россией и Украиной, поскольку Брюссель последовательно поддерживает Киев. Таким образом, в европейской позиции фактически закрепляется курс не на равное посредничество, а на политическую и дипломатическую поддержку одной из сторон конфликта. При этом Каллас также не смогла ответить на вопрос о том, ведутся ли внутри стран ЕС обсуждения по кандидатуре переговорщика, который мог бы представлять европейскую сторону в случае потенциального диалога с Россией.
Все это свидетельствует о том, что в Евросоюзе сохраняется неопределенность относительно того, кто и на каких условиях мог бы вести подобные переговоры. Дополнительную сложность создает и то, что внутри союза нет полного согласия по поводу самой необходимости прямого диалога с Москвой. В результате тема возможных переговоров остается не только политически чувствительной, но и тесно связанной с более широкой дискуссией о будущем европейской безопасности и роли ЕС в урегулировании конфликта.
В последние дни европейская пресса и политические круги все активнее обсуждают возможного посредника для контактов и переговоров с Москвой. На фоне растущей напряженности в отношениях между Россией и Европейским союзом вопрос о том, кто мог бы представлять европейскую сторону в диалоге, приобретает особую остроту. В качестве возможных кандидатур уже назывались бывший канцлер Германии Герхард Шредер, экс-канцлер ФРГ Ангела Меркель, бывший премьер-министр Италии Марио Драги, председатель Евросовета Антониу Кошта, экс-президент Финляндии Саули Ниинисте, бывший глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, а также нынешние руководители европейской дипломатии и институтов — Кая Каллас и Урсула фон дер Ляйен.
Подобные обсуждения показывают, что в Европе сохраняется запрос на фигуру, способную выстроить хотя бы минимальный канал коммуникации с российской стороной. При этом выбор такого переговорщика зависит не только от его политического опыта, но и от уровня доверия внутри самого Евросоюза, а также от готовности Москвы воспринимать его как приемлемого собеседника. В условиях сложной международной обстановки значение личности посредника становится особенно важным, поскольку именно от этого во многом может зависеть тон будущих контактов.
Президент России Владимир Путин, комментируя вопрос о том, кто мог бы выступить его собеседником в диалоге между Россией и Европой, отметил, что лично для него наиболее предпочтительной фигурой был бы бывший канцлер Германии Герхард Шредер. Вместе с тем глава государства подчеркнул, что окончательное решение должны принимать сами европейцы: им следует выбрать того лидера, которому они действительно доверяют и который не позволял себе резких и оскорбительных высказываний в адрес России. По словам Путина, именно такой человек мог бы стать более реалистичной основой для конструктивного разговора.
Таким образом, вопрос о возможном европейском представителе для переговоров остается открытым и во многом носит не только дипломатический, но и политический характер. Пока в Европе продолжаются дискуссии о кандидатурах, сама тема свидетельствует о том, что необходимость в диалоге между сторонами по-прежнему сохраняется. В конечном счете успех таких контактов будет зависеть от взаимного доверия, политической воли и готовности к более прагматичному подходу.
В ходе обсуждения этой темы особое внимание уделяется роли европейских стран в процессе урегулирования. Именно они, по словам Владимира Путина, первыми фактически свернули возможность диалога и предпочли путь политического давления. Путин подчеркнул, что именно Европа, а не Россия, отказалась от переговоров. Это, как отмечается, стало важным поворотным моментом, повлиявшим на дальнейшее развитие ситуации и усложнившим поиск взаимоприемлемых решений. В результате дипломатическое пространство заметно сузилось, а перспективы конструктивного общения были серьезно ослаблены.Источник и фото - ria.ru